УЛИЦА МОЕГО ДЕТСТВА

Отправлено 6 апр. 2015 г., 4:00 пользователем Владимир Беляшин   [ обновлено 24 апр. 2015 г., 1:56 ]


    В памяти королевских старожилов не истерлись картины послевоенных Подлипок. А улица Коминтерна до сих пор остается главной улицей, потому что уж очень много связано с ней… В конце 40-х, в 50-х, в 60-х здесь был центр города.

    







    Привокзальная площадь, единственный тогда рынок с голосистыми торговками всякой всячиной, с тремя входами: с улицы Калинина и двумя с улицы Коминтерна.


Привокзальная площадь в праздник

(в правой части на заднем плане - дом №15 по Коминтерна,

сейчас на месте «Промтоварного магазина» находится магазин «Заря»)



Городской рынок (вход с улицы Калинина)


    У калининского входа часто стоял точильщик с деревянным станком и черной, потертой сумкой с оселками и разной приспособой к станку. Его узловатые, почерневшие от металла пальцы, по-видимому, не поддавались никакому мылу. Он как-то нежно, казалось, даже с любовью, брал лезвие ножа, подносил к быстро вращающемуся наждачному кругу, и нож начинал петь в его больших руках. Потом он прикидывал на глаз правильность линий заточки, пальцем прощупывал заусенцы на острие, переходил к более мелким наждакам и правилкам. Так он работал по выходным. В будни же ходил по дворам, громким, протяжным криком извещая домашних хозяек о своем появлении. Впрочем, так делал не он один. «Лудить, паять, кастрюли, ведра чиним» можно было часто услышать в коминтерновских дворах.

    А еще теплыми, летними днями появлялась во дворах подвода старьевщика. За груду старого, давно ненужного тряпья доставал старичок из чемодана шарик на резинке, глиняную свистульку, юлу, а иногда самый настоящий пугач с пробками-патронами и очень тугим для детских рук взводом. Поэтому следом за телегой всегда шла целая толпа детей, исчерпавших свои сырьевые запасы.

    У ближнего к Коминтерна входа располагались синие палатки по починке обуви, изготовлению ключей и ремонту посуды.


«Вавилонские башни» на месте старого городского рынка


    Если двигаться с улицы Калинина и возле входа на рынок повернуть налево, попадешь в молочный ряд. Левее шел мясной ряд, а еще левее — самый приятный в послевоенные годы, фруктовый. В конце молочного ряда и прилепился третий вход. Возле этих ворот тоже стояли синие палатки, но за ними скрывалась одна — по приему утильсырья. Все подлиповские мальчишки были тогда частыми  ее посетителями. Со всего города тащили сюда старье из меди, алюминия, чугуна, стали, а на вырученные деньги покупали что-нибудь съестное. Большим почетом у детей пользовалась сушеная вишня и семечки.

    За мороженным ходили на станцию Подлипки. Из синего ящика, из встроенных в него алюминиевых емкостей набирала мороженщица в жестяную плошку белоснежное счастье, снизу и сверху наклеивала вафельные кругляши, за которые и держали порцию страждущие детские ручонки. Редко денег хватало, чтобы купить каждому мороженное. Чаще получалась порция на двоих, а то и на троих. И это только укрепляло ребячье дворовое братство.

    На Коминтерна и воздух особенный. Каждый раз, когда я бываю здесь, в памяти всплывают картины прошлого. Да и как им не рождаться, если и старые, обветшалые дома, и окна, особенно окна, пробуждают в ней такие подробности, о которых десятки лет даже не вспоминал.

    Старый гастроном — главный магазин того времени:


    Интересное дополнение от еще одного старожила (имя неизвестно): «Витрины Старого гастронома были большие, стеклянные, со множеством красивых товаров.

    В первые дни после открытия магазина в дверях стояли швейцары в полном облачении (с галунами и в фуражках) и гоняли нас, мальчишек, чтобы мы не мешали покупателям.

    Особый интерес представляли кабинки со старинными механическими кассовыми аппаратами: с огромными блестящими кнопками и ручкой, которую крутила кассирша. Аппарат издавал странные звуки при вращении ручки и выдавал чек, пахнущий особой краской.

    В мясном отделе на больших крюках висели полутуши говядины, свинины и баранины, и при покупке продавцу заказывали, где отрубить нужный кусок.

    В рыбном отделе торговали как живой рыбой, так и рыбным филе, о котором мы раньше даже не слыхали. Во время войны я помню только кильку, селедку, хамсу и соленую треску.

    Удивляла реклама «Советского шампанского» и крабов, а на банки с красной икрой и маслинами мы смотрели, как на диковинку.

    Нас, детей, особенно привлекал кондитерский отдел, где в специальных вазочках лежали шоколадные конфеты в разноцветных фантиках (наша вожделенная мечта: мы их собирали, менялись и играли ими). На прилавке красовались шоколадки и очень красивые коробки конфет с картинами известных художников «Утро в сосновом бору» или «Мишки», «Рыбаки на привале»…

    В магазине было много товаров, но основные мука, сахар, растительное масло и другие всё же являлись дефицитом и давали их по одному кило в руки. Отпускали, как правило, со двора, где собирались большие очереди, и опять люди записывали номера химическим карандашом на руке. Мы, мальчишки, крутились около очереди, и многие женщины выдавали нас за своих детей и получали дополнительно один килограмм, а мы «зарабатывали» рубль. Эти деньги мы тратили на кино или мороженое. Продавщицы после двух-трех таких заходов гнали нас прочь».

    Итак, магазин занимал лишь первый этаж дома. Три остальных были жилыми. Вот окно Саши Архиреева, известного в городе футболиста и хоккеиста. Еще одно — рядом с улицей Сталина (ныне Циолковского), второе от торца дома. Здесь жила семья Скобцевых. Отсюда «выпорхнула» в мир советского кино русская красавица – Ирина Скобцева:


    А вот еще окно — здесь жил известный птицелов Толя Лизунов. Сашка Архиреев тоже держал певчих птиц, в основном, кенаров. И вообще тогда многие известные в городе люди увлекались одной из древнейших русских «охот». Страстным заводчиком канареек был Михаил Туркин. Он жил в Москве, но играл в калининградской хоккейной дружине конца 50-х…

    Коминтерна — улица рабочая не столько потому, что большинство ее жителей работало на первом объекте (сейчас РКК «ЭНЕРГИЯ» им. С.П. Королёва), сколько потому, что по ней стекался рабочий люд на завод к первому, ко второму, к третьему гудкам.

    Только жители южной части Подлипок (улицы Кирова, Маяковская, Пионерская, Ленина, Финский поселок) ходили на работу  своими «тропками». И все же большинство из них проходили через «перцовую» площадь, где на углу здания фабрики-кухни висели единственные в городе часы, а под часами притулилась  маленькая синяя палатка «Пиво-воды». Эта палатка прославила и себя, и площадь тем, что в ней всегда продавалась «перцовка».


Вид с улицы Коминтерна на фабрику-кухню



Площадь Ленина со стороны фабрики-кухни


    На противоположном краю площади двумя зелеными скверами уже начиналась (и начинается до сих пор) улица Коминтерна. Первый ее дом своим фасадом смотрит на сквер и сквозь него — на площадь. 


«Дом-трапеция» (№1/15)


    Он построен в виде трапеции без основания и потому боками выходит на Коминтерна и на улицу Ленина, а остальные дома — нечетные с третьего по пятнадцатый — выстроились строго по ней.

    Сквозные подъезды третьего дома (самого старого в городе) выходят прямо на улицу:


Коминтерна №3


    Наверное, поэтому во время вечерних гуляний здесь всегда толпился народ. А может быть, и потому, что жили в этом доме неординарные, общительные ребята: Борюк (Селянский Борис), Витяй (Швецов Виктор), Воробей (Воробьев Виталий), Юрок (Новиков Юрий), Флюст (Флюстиков Валерий) — завсегдатаи вечерних «посиделок», любившие острое словцо и больше всего ценившие острую, новую шутку. Поэтому к ним всегда тянулись веселые интеллектуалы.     Это был своеобразный клуб юмористов или интересных встреч. За вечер много народу перебывало тут, но костяк всегда оставался прежним.

    «Коминтерна» еще называли «бродвеем», ибо это был центр народных гуляний в Подлипках. От станционной площади до «перцовой» люди прогуливались, дышали свежим воздухом, обменивались новостями, просто общались, как теперь принято говорить, культурно отдыхали.


Начало улицы Коминтерна


    Со всего города народ стекался именно сюда. Летними воскресными вечерами модно или просто опрятно одетые, приходили молодые люди «мир посмотреть и себя показать». Сколько знакомств, незабываемых встреч, памятных событий произошло именно здесь!


    Да и весь официоз — праздничные демонстрации с оркестрами, лозунгами, транспарантами проходили тоже здесь:


    На торцевых стенах пятого и седьмого домов окон мало, поэтому они, переглядываясь, как бы искоса смотрят на перекресток с улицей Карла Либкнехта. 


Дом №7


    Улица Карла Либкнехта хоть и совсем небольшая (всего-то по три дома с каждой стороны), но не менее значима для любого старожила, ведь здесь жил Главный ракетный конструктор С.П.Королёв.


Директорский дом (улица Карла Либкнехта, №4)


    А в доме напротив проживала незабываемая лыжная учительница — Мария Андреевна Початова.

    Девятый дом стоит прямо напротив «старого гастронома». Кажется, именно здесь жил «волшебник» Николай — первый телевизионный мастер, «лечивший» первые телевизоры с линзами, наполненными дистиллированной водой: «КВН»-ы и «Ленинград»-ы…

    А вот и одиннадцатый дом. На третьем этаже окно некогда известного в Подлипках спортсмена. Валентин Пеньков играл в теннис одной рукой, вторую потерял еще в детстве. Высокий, всегда опрятно одетый, он был для нас, мальчишек, образцом трудолюбия и несгибаемой воли. Очень уверенно чувствовал себя на спортивном велосипеде.

    Летом на стадионе его можно было видеть играющим и в баскетбол, и в волейбол. Зимой он красиво «наматывал» круги на беговых коньках.

    Недавно встретил его на улице, поздоровались. Годы взяли свое, но мне он показался таким же стройным, подтянутым. Конечно, Валентин не вспомнил моего имени, но лицо сразу узнал. Ведь мы, подлиповские старожилы,  очень часто попадаем в смешную ситуацию при встрече друг с другом: не помним ни фамилию, ни имя, ни тем более отчество, но помним лицо и уличное прозвище.

    И эти встречи всем нам бесконечно дороги, ибо возвращают каждого из нас в старые Подлипки, в наше детство, на улицу Коминтерна.


Юрий СОРОКОЛЕТОВ


Comments