Эксклюзив‎ > ‎Архив‎ > ‎

«НАМ НЕ ДАНО ПРЕДУГАДАТЬ, КАК СЛОВО НАШЕ ОТЗОВЁТСЯ…»

Отправлено 24 июн. 2016 г., 9:42 пользователем Владимир Беляшин   [ обновлено 15 авг. 2016 г., 3:57 ]



    Когда же это было? Лет десять назад? Нет, похоже, раньше… Ну конечно, раньше — в 2008 году. Точно. Именно тогда мне случайно (случайно?) попалась наша старая городская газета за 1990 год со статьей И.И.Чубурова о Константине Федоровиче Кнорре ( http://skr.korolev-culture.ru/imena/arhiv_imena/knorre ). Почему этот пронзительно-печальный рассказ так запал мне в душу? Точного ответа до сих пор дать не могу…

    Конечно же, время от времени, встречаясь с королевскими музейщиками, старожилами и краеведами, я спрашивала о Кнорре. В лучшем случае ответ был таким: «Что-то слышал (слышала), но, к сожалению, ничего сказать не могу…»

    Также точно, практически уже машинально, я задала этот же вопрос и Сергею Ивановичу Мельникову два года назад на его персональной выставке «Это наша жизнь, это наша история» в усадьбе А.Н.Крафта, приуроченной к 85-летию старейшего королёвского краеведа ( http://skr.korolev-culture.ru/publikacii/arhiv/dcrgo ). «Знаю о таком. Был знаком с его дочерью Надеждой, которая передала мне пару фотографий», — бодренько отчеканил «ДЧРГО» и невозмутимо продолжил: «Где-то они у меня дома лежат». Опущу описание охвативших меня эмоций…







    Честно сказать, вероятность того, что Мельников отыщет интересующие меня фотографии в полутонне (!) своих выписок из исторических документов, всевозможных книг и фотоснимков, была крайне мала. Но первое чудо все же произошло: примерно через месяц я держала в руках фотографии 20-рублевой купюры и Константина Федоровича Кнорре, небрежно наклеенные Сергеем Ивановичем на картонку: 

Из архива С.И.Мельникова


    Я была безмерно рада и этому, несмотря на то, что Мельников, к моему глубочайшему сожалению, ничего существенного к уже ранее сказанному не добавил. И все же он стал, как говорится, первым камешком, приведшем в движение всю так долго лежавшую недвижно информационную массу.

    Вскоре случилось чудо второе, а потом и третье: к розыску, как ни странно, «подключилось» самое что ни на есть обычное… «сарафанное радио». Пара-    тройка звонков от моей знакомой, которой я посетовала на такое почти фатальное невезение, к ее знакомой, а потом к знакомым уже той знакомой — и вот я стою перед дверью семейства, которое так долго разыскивала. Мое волнение зашкаливает: а вдруг это ошибка, и здесь живут совсем другие люди, просто однофамильцы?

    Наконец дверь распахивается — и я вижу перед собой человека с теми же самыми удивительными глазами Константина Федоровича…


Семейные воспоминания


    Разговор с зятем и внуком К.Ф.Кнорре оказался не таким информационно-насыщенным, как хотелось бы, и совсем непродолжительным — увы! О многих фактах его жизни они впервые узнали от меня (вернее, из пересказанной мною газетной статьи И.И.Чубурова). Хотя, безусловно, и дополнили их некоторыми семейными воспоминаниями, уточняющими приведенные Чубуровым факты: в первую очередь это касалось даты смерти Константина Федоровича. Родственники утверждают, что скончался он в 1925 году, тогда как в статье упоминается год 1926-й. Таким образом, 90-летие его кончины, к которой, собственно, и готовился этот материал, отмечалось в прошлом, а не в нынешнем году.

    Старый семейный альбом порадовал не только обилием всевозможных фотографий, в том числе и особо ценных — дореволюционных, но и несколькими рукописными документами. Пожалуй, с одного из них — со своего рода АНКЕТЫ, заполненной самим Кнорре, я и начну свой рассказ.

Анкета Константина Федоровича Кнорре от 25 февраля 1924 года, из семейного архива (публикуется впервые)


    Итак, глава семейства Федор Кнорре, этнический немец, из города Пернова (сейчас Пярну) бывшей Лифляндской губернии Российской империи (потом Эстонская ССР, Эстонская республика) перебрался со временем в Москву. В семье было два сына: старший (?) Иван и Константин, который родился 24 ноября (7 декабря по н.ст.) 1870 года уже в столице Российской империи.

Иван Федорович Кнорре с супругой Анной Павловной, фотография 1896 года из семейного архива (публикуется впервые)


Племянник Евгений, Болшево, фотография 1904 года из семейного архива (публикуется впервые)


    Константин окончил среднее Петропавловское мужское реальное училище (Петроверигский переулок) при евангелическо-лютеранском кафедральном соборе Святых апостолов Петра и Павла, действующем и сегодня (Старосадский переулок, №7/10):

Открытка конца XIX века из интернета


    «Основанное изначально как небольшая приходская школа, училище со временем выросло в крупнейшее среди немецких учебных заведений в Москве, обладающее правами правительственных средних учебных заведений. …Это было учебное заведение с тремя отделениями: начальная школа, реальное училище с коммерческим отделением и гимназия. …В начальной школе обучались бесплатно или за небольшую плату дети из малообеспеченных семей, принадлежавших к общине Петропавловской церкви» [Википедия].

    С 1889 по 1897 годы Константин Федорович совмещает работу на фабрике «Товарищество Франца Рабенека» в Болшево и в Обществе Мышегских парных заводов в Москве, где ведет бухгалтерию и корреспонденцию. А затем оседает в Болшево, где трудится добрых три с половиной десятка лет — сначала, как водится, конторщиком, а потом и заведующим хозяйственно-административной и строительно-ремонтной частью Болшевской прядильной и красильной фабрики, а в годы советской власти еще и совхозом Главземхоза при ней.

Бывший производственный корпус фабрики «Товарищество Франца Рабенека», конец XIX века 

(сейчас здесь размещается Центр культуры и досуга «Болшево»), фотография Ольги Глаголевой, 2015 год


Реклама фабрики 1902 года (фотография из интернета)


    Работы было много и всегда… Хотя и для отдыха, и для общения после деловых встреч находилось время:

К.Ф.Кнорре (сидит) со спутниками, фотография из семейного архива (публикуется впервые)


К.Ф.Кнорре (второй слева в первом ряду), фотография конца XIX(?) века из семейного архива (публикуется впервые)


И все же работа была на первом месте. Видимо, этим объясняется то обстоятельство, что женился Константин Федорович только в тридцать восемь лет.


Жена


    Эта почти романтическая история (во всяком случае, ее начало) вполне могла бы стать сюжетной канвой какого-нибудь очередного женского романа или одного из многочисленных фильмов в стиле «love-story». Он — похожий внешне на голливудского киноактера управляющий фабрикой (и этим всё сказано!). Она — хорошенькая 20-летняя девушка со слегка вздернутым носиком и роскошными вьющимися волосами (кстати, все дети Кнорре унаследуют такие же красивые пышные волосы). «Стрела Амура» пронзила их в тот миг, когда они случайно встретились взглядами на вечеринке у общих знакомых-задели друг друга или столкнулись при выходе из ресторана-она что-то уронила, а он поднял и подал ей ее вещицу и т.п. Вскоре они поженились, жили долго и счастливо и умерли в один день…                   

                                                    

    Увы! — даже самый-пресамый талантливый литератор не смог бы придумать тот «сценарий», который был уготован семейству Кнорре самой жизнью.

    Как и при каких обстоятельствах они познакомились, теперь уже спросить не у кого. Доподлинно известно лишь то, что Татьяна Семеновна Кирилова сразу же после венчания (!), из-за свадебного стола, убежала от новоиспеченного «мужа» к Константину Федоровичу. (Свадьбу эту затеяли ее родители, которые еще сызмальства обручили дочь с сыном хорошего знакомого). Это принародное ЧП по тем временам (1908 год) было делом неслыханным и… красноречиво свидетельствовало о силе ее чувств: молодая женщина (!) бросила законного венчанного «супруга» и стала жить открыто — во грехе — с другим мужчиной.

    Такая двусмысленная ситуация длилась довольно долго (лет пять-восемь), пока у них не родилось двое (или даже трое?) детей. Только после этого примерно в 1913 (1916?) году Священный Синод дал разрешение на развод, и Татьяна Семеновна стала законной женой Константина Федоровича Кнорре, да и дети их наконец-то были признаны законными.

Супруги Т.С. и К.Ф.Кнорре, фотография 1923 года (?) из семейного архива (публикуется впервые)


    Она пережила его на тридцать пять лет (скончалась в 1960 году в 72-летнем возрасте), так и не выйдя повторно замуж. Да и то сказать: разве мог кто-нибудь сравниться с Константином Федоровичем?

Семья Кнорре (слева направо): неизвестная, дочь Надежда (стоит), дочь Елизавета, Татьяна Семеновна,

 сын Анатолий, Константин Федорович, сын Владимир, фотография 1923(?) года из семейного архива (публикуется впервые)


    Интересная деталь: Татьянин брат, Александр Семенович Кирилов, был членом первого Сталинского (Болшевского) Поселкового Совета рабочих и крестьян; затем окончил институт Востоковедения и пятнадцать лет отдал дипломатической службе в Персии. Видимо, этим немаловажным обстоятельством — близкий родственник Кнорре являлся одним из руководителей советской власти на местах — объясняется отсутствие каких-либо притеснений или гонений в отношении главного помощника «кровопийцев»-Рабенеков. А может быть, тогда без уникального специалиста такого уровня было просто не обойтись?

    Как бы то ни было, семью Кнорре только уплотнили: из здания заводоуправления, куда после пожара они переехали из дачи Долгова на Горках, их переселили в выстроенный Константином Федоровичем же дом № 12 на сегодняшней Первомайской улице, где предоставили две комнаты на первом этаже (в квартире напротив в этом же левом подъезде был Поселковый Совет).

Заводоуправление (слева), литейный цех (справа), 1930 год (фотография из интернета)


Первомайская улица, дом № 12 здесь размещался Поселковый Совет (фотография из интернета)


Дети


    Всего у супругов Кнорре родилось пятеро детей. Когда Константин Федорович безвременно скончался (всего-то в 55 лет), старшему сыну Анатолию было шестнадцать, младшей дочери Тамаре исполнился годик. 37-летней (!) вдове удалось-таки выучить всех детей и, как говорится, вывести их в люди (одному Богу ведомо, чего это ей стоило). Все они выросли порядочными людьми, а один даже отдал жизнь за Родину.

    Вот краткие биографические сведения второго поколения Кнорре, удивительно схожие в некоторых частностях:

- Анатолий (1909–1970):

Фотография 1939 года из семейного архива (публикуется впервые)


    Он единственный из детей Константина Федоровича сделал, что называется, головокружительную карьеру: от электромонтера до начальника Управления по нормированию труда и заработной платы Министерства энергетики и электрификации СССР, был награжден орденом Трудового Красного Знамени и медалями. В настоящее время жива внучка Анна, родившаяся у единственного его сына Александра.

- Надежда [1912(?)–200(5)?]:

Фотография из семейного архива (публикуется впервые)


    Окончила Мытищинский техникум, вышла замуж за Анатолия Беляева, родители которого владели булочной на немецком рынке в Москве. Призванный в армию в самом начале войны, Анатолий был сильно контужен и умер совсем молодым. Такая же судьба постигла и единственного их сына Александра (1941–1980) — инженера-конструктора, окончившего Бауманский институт, у которого осталась малолетняя дочь Марина.

    Надежда Константиновна жила в Москве и всю жизнь проработала электриком на заводе «Динамо» (именно она и встречалась с С.И.Мельниковым).

- Владимир [1915–1942(?)]:

Владимир Кнорре (в центре) с товарищами, Сормово, 29 сентября 1941 года,фотография из семейного архива (публикуется впервые)


    Был слесарем-лекальщиком высшего разряда на нашем заводе: виртуозно подгонял замки к артиллерийским установкам. И хотя у него как у высококвалифицированного специалиста была бронь, ушел добровольцем на фронт. Погиб в танковом бою (по рассказам сослуживцев, сгорел в танке) предположительно осенью-зимой 1942 года.

    Весьма трогательно и, признаться, весьма неожиданно было увидеть его письма и военные фотографии, которые бережно вот уже три четверти века хранятся в семье. Первое письмо отправлено в канун нового 1941 года из Сормова с поздравлениями; во втором, отправленном 2 сентября 1942 года, Владимир кроме всего прочего написал и свой адрес: ППС 25-71, 183 от.бр.

Фотография из семейного архива (публикуется впервые)



    Приходили ли еще письма от сержанта В.К.Кнорре и когда, неизвестно…

    Его имя высечено на королёвском Мемориале Славы (седьмое сверху в третьем столбце):


Фотография В.Ф.Тейдер, май 2015 года

- Елизавета [1920(?)–(?)]:

С дочкой Таней, фотография из семейного архива (публикуется впервые)


    Окончила Тимирязевскую академию, вышла замуж за морского офицера Федора Грачева, служившего на Дальнем Востоке. После учебы жили в Тутаеве, Ярославле, Костроме (НИИ совхоза Караваево). В семье Грачевых-Кнорре родилось двое детей — Татьяна и Константин.

- Тамара (1924-1978):

Фотография 1949 года из семейного архива (публикуется впервые)


    Окончила Химико-технологический институт имени Менделеева, жила в Королёве, работала в Москве. Вышла замуж, родила двоих сыновей — Владимира (1950-2000), названного в честь брата-танкиста (погиб в автокатастрофе у Ильинских рубежей на Киевском шоссе) и Евгения, 1954 года рождения.

***

    «Сейчас из потомков Константина Федоровича Кнорре живы двое внуков, шестеро правнуков и около десяти праправнуков» — эта фраза была последней в нашем разговоре. Лишь только она прозвучала, раздался мелодичный перезвон висевших на стене старинных часов, принадлежавших когда-то самому Константину Федоровичу. И комната, где воспоминания все еще буквально витали в воздухе, наполнилась удивительно нежными и щемяще-грустными звуками… Может, это были отзвуки той, поломавшей множество человеческих судеб и ушедшей навсегда эпохи?

 © Ольга ГЛАГОЛЕВА


Огромная благодарность родственникам Константина Федоровича Кнорре, 

Андрею Калмыкову, Александру Опалеву и всем тем, без помощи которых этой статьи не было бы.


Comments